Увлечённые робототехникой
2014-04-01 | Текст: Интервью с Сергеем Мустафиным | Фото ©: Алексей Кириллов | 4866

 
Признанным лидером в области робототехники является Япония. Европейцы и американцы стараются не отставать, так же активно развивая эту тематику. А вот сочетание слов «робот» и «Россия» по-прежнему звучит как-то непривычно. 
Но на школьном и студенческом уровне, то есть пока в дело ещё не вмешиваются серьёзные деньги, наши ребята составляют своим иностранным сверстникам очень заметную  конкуренцию. 

Сергей Мустафин, руководитель объединения «Робототехника» школы №2017 (г. Москва), выигравшего в прошлом году в Малайзии престижный чемпионат мира по футболу среди роботов, рассказал нам, как он готовит юных чемпионов.

 

– Сергей, скажи, с чего ты начинал сам и как пришёл в робототехнику?

 

С одной стороны, мне всегда нравилась техника, а с другой – преподавание. Поэтому я хотел учиться по технической специальности, но в педагогическом вузе. По стечению обстоятельств выбрал специальность «информатика». После первой же практики понял, что это точно то, чем бы я хотел заниматься дальше. После окончания вуза пришёл в школу, где мне предложили заниматься образовательной робототехникой. Мне показалось, что это будет намного интереснее, чем писать «Hello, World» в Паскале – так и завязалось. С ребятами я работаю уже 8 лет.

 

– Чьей была идея заниматься робототехникой в школе?

 

Она продвигалась Департаментом образования города Москвы. Но эта тематика была подхвачена не только в Москве, но и по всей России. Один из лидеров в образовательной робототехнике – Челябинская область. Там достаточно давно поняли потенциал развития робототехники, и у них практически в каждой школе, даже в сельской, есть подобный набор, на базе которого можно обучаться. А обучение робототехнике во всём мире начинается с конструктора Лего.

Наша школа – самая обычная, общеобразовательная. Это не физмат, поэтому как таковой задачи профориентации у нас нет, но есть задача создать ребятам хобби, деятельность, полезную для ума. На выходе они должны себе хорошо представлять, в насколько техногенном мире они живут.

 

– Как осуществляется финансирование?

 

Материальная база по крупицам собирается на протяжении всего времени существования центра. Что-то мы покупаем сами, помогают родители, управление образования округа. Так как это не расходный материал, то всё сохраняется, накапливается.

 

– С вузами взаимодействуете?

 

Несколько лет мы пытаемся наладить сотрудничество с МИФИ, но толком ничего не получается. Несмотря на то, что вуз заинтересован в студентах, он, на мой взгляд, не очень хочет организовывать работу с будущими абитуриентами. Формально они готовы сотрудничать, но по своим правилам. Они провели две лекционные встречи. Но голую теорию школьникам воспринимать достаточно сложно. Скорректировать формат общения не удалось. Я предложил такую форму взаимодействия как совместные проекты, в которых ребята могли бы делать заготовки, собирать платформы под какие-то научные задачи – опыта у ребят достаточно. Но это предложение отклика не нашло.

Из первого моего выпуска двое ребят поступили в Бауманку по «Шагу в будущее» – это конкурс проектов и олимпиады по физике. Они сделали свой выбор в пользу технического вуза. Я не знаю, какая здесь причинно-следственная связь: пошли ли они туда, потому что занимались у меня – сложно сказать. Но причастность к этому я, конечно, чувствую, и мне очень приятны результаты ребят.

 

– Дети, которые у тебя занимаются, чем-то выделяются среди остальных?

 

Успевают они, безусловно, лучше, особенно в части программирования, потому что они видят все алгоритмические структуры в поведении своих роботов.

 

– По твоему внутреннему ощущению – почему робототехника сейчас популярна в образовании?

 

Робототехника – это хороший симбиоз многих дисциплин, плюс это увлекательно для ребят и, на мой взгляд, – весьма полезно. Для ребят важна мотивация, особенно для 5-6 классов. Если им будет неинтересно, они не будут заниматься, не будут сидеть и паять – это совершенно точно.

 

– Поездки на конкурсы – это, наверное, сильная мотивация для ребят?

 

Поездки – это сильная мотивация, особенно участие в мировой олимпиаде роботов, куда съезжаются представители более чем 40 стран и где можно посмотреть, что и как происходит у других. Ребята ощущают свою причастность к событию. А причастность к такому глобальному событию, как RoboFest, одному из самых крупных фестивалей робототехники в Европе, конечно, впечатляет, особенно ребят, которые только начинают заниматься.

 

– А каково отношение родителей к занятию детей? Видят ли они в этом пользу? Готовы они вкладывать финансовые средства?

 

Когда мы только начинали, робототехника была слаборазвитым направлением, и мне кажется, что мотивация у ребят была больше. Я помню, сколько мы занимались первые года: сидели с утра до вечера, ребят было не выгнать. Сейчас, конечно, ребята и родители немного меняются. Кто-то сидит отведённые на занятие полтора часа и уходит, а кто-то – до тех пор, пока не выгонишь. Некоторые родители говорят: «Пусть они лучше к вам ходят каждый день, лишь бы не на улице были». Другие, наоборот, просят выгонять ровно через полтора часа, объясняя это тем, что ещё и уроки нужно делать. По-разному родители относятся и к поездкам. У старших ребят команда сложилась прочная, родители их всегда поддерживают. Понимать, что это занятие важное и полезное, родители начинают, когда близится поступление в вуз.

Заниматься робототехникой или нет, за пяти- и шестиклассников, как правило,  решают их родители. Порой они предпочитают, чтобы их дети занимались музыкой или, например, танцами, хотя техническое творчество подчас не менее интересно и полезно. Современные дети, особенно мальчики, на начальных этапах очень хотят познакомиться с робототехникой. Хотя некоторые после того, как понимают, что робототехника – это реальная работа, т.е. после 2-х месяцев втягивания, оказываются к этому не готовы. Я показываю ребятам, каких серьёзных вещей они могут достигнуть, применив свою голову. Те, кто готов развиваться, остаются. Для новичка есть система задач, которая позволяет им накопить знания, опыт, а уже потом двигаться дальше.

 

– Интерес проявляется к самому процессу создания робота, либо к конечному результату?

 

Безусловно, интересен как процесс, так и результат. Сначала мы озвучиваем результат, показываем, что может получиться. А как сделать так, чтобы получилось – это целый ряд шагов, которые ребята должны пройти. Примеров сейчас много: ребята видят роботов в жизни, по телевизору, на YouTube, на многочисленных фестивалях, которые проходят в Москве. Им интересно быть включёнными в это движение, но понятно, что без обучения успеха не достигнуть.

 

– Других преподавателей к этому привлекаешь?

 

Мы сотрудничаем с учителем физики. Она периодически предлагает ребятам выполнить проекты, они приходят ко мне, я им помогаю.

 

– Технологии Лего предполагают, что собрать можно ровно то, что могут позволить эти блоки. Двигаться куда-то дальше желания не было?

 

Лего – это работа с готовыми типовыми элементами, но эти блоки позволяют собрать достаточно много. Уроки технологии у мальчиков 5-6 классов также веду я – мы занимаемся простой механикой и тоже на основе конструктора. В этом, конечно, есть минус – ребята с трудом представляют реальные технологические процессы.

 

– Это ограничивает их потенциал?

 

Творческий потенциал – не ограничивает точно. Возможно, не раскрывает потенциал будущего профессионального инженера, но в школе ребенок должен получить общее представление о связи вещей, а профессиональным навыкам должны обучать в другом месте.

Одно время я работал с детьми с особыми потребностями – с детьми-инвалидами. Философия школы была построена на том, что ребёнок должен заниматься тем, что ему интересно. Если ребёнок хочет рисовать, а не заниматься математикой – он должен рисовать просто потому, что именно для него это будет намного полезнее и важнее для развития, раскрытия потенциала. Там были другие задачи – увлекать детей и посредством этого обучать.

Сейчас  через меня проходят все пятиклассники – я вижу, что к 5-му классу моторика у детей совершенно разная. Некоторые ребята мелкие детали даже держать не могут. А конструирование, кстати, эту самую моторику хорошо развивает. Многие не знают и не задумываются, как устроены и за счёт чего работают вещи вокруг нас. Когда ребёнок подходит к дверям супермаркета, и перед ним открывается дверь, он даже приблизительно не представляет, как это устроено. Ему в голову не приходит, что там стоит датчик, и что он как-то работает. Я говорю, что как человек современный, он должен хотя бы в общих чертах представлять устройство вещей.

 

– Вопроса «почему» и «как это работает» они не задают?

 

Не задают. Самые распространенные вопросы – «Сколько это стоит?» и «Где это можно купить?». Это потребительские вопросы. При виде робота первый вопрос – не «Как это устроено?», а «Что он может делать?». Когда я говорю, что робот ничего не будет уметь делать, пока ты не научишь его что-то делать, и то, что он будет делать, зависит исключительно от тебя, – некоторые расстраиваются.

 

– Как создаётся робот?

 

Мы занимаемся преимущественно спортивной робототехникой, а в спорте есть конкретные задачи, под которые проектируется, конструируется, программируется робот. Конечно, робототехника развивается, и задачи, которые мы решаем, становятся с каждым годом сложнее.

Создание робота – совместное творчество путём проб и ошибок. Сначала мы обсуждаем задумку, если есть вещи, которые ребята не знают как делать, я объясняю, показываю, а дальше процесс отдаётся на откуп им, но приходится в него вмешиваться. Если я вижу, что необходимо получение дополнительных знаний, я подсказываю, из какой области их взять.

 

– Что дети читают?

 

Читают научно-популярные технические журналы, фантастику…

 

– Как ребята взаимодействуют между собой внутри коллектива? Ты управляешь этим процессом, или общение складывается естественным путем? Проводятся ли какие-нибудь тренинги?

 

Они организуются сами: взрослые ребята помогают младшим. Одни помогают сами, а кого-то прошу я. Что касается тренингов, то поездка на соревнование – это очень хороший тренинг по командообразованию. Не избежать какой-нибудь экстремальной ситуации, из которой нужно выкручиваться, и мне радостно, что на соревнованиях ребята всегда помогают друг другу.

 

– Все ваши роботы автономны и программирование по управлению их движением освоено. А развиваете ли вы рефлексивное управление с учётом программы оппонента?

 

Управление движением в среде, в которой есть неизвестные, освоено. Например, это те же алгоритмы по прохождению лабиринтов. То, о чём вы спрашиваете, не позволяет сделать платформа.

 

– Платформа Лего?

 

Скажем, формат лиги, в котором мы участвуем. Существует несколько лиг в футболе, в том числе есть и те, в которых анализ ситуации происходит на поле. Сейчас это направление – оно называется машинное зрение – в России начало развиваться, и мы в него будем включаться. В этом году в Питере прошли первые соревнования в этой лиге.

Когда мы начали играть в футбол, даже в такой, казалось бы, простой, мы столкнулись с проблемой, что в большом городе Москва, где многие занимаются робототехникой, никто оказался не готов подключаться к этим соревнованиям. В результате к соревнованиям мы готовились сами с собой. Сделали 2 команды: вторую использовали только для подготовки.

 

– Если футболом в Москве не занимаются, тогда чем?

 

Кружки по робототехнике есть во многих московских школах. Педагоги ориентируются на школьников 5-6-7-х классов. Занимаются они в основном спортивной робототехникой. Многие педагоги не понимают, что делать с ребятами после 7-го класса. Если говорить о соревнованиях всероссийских, то старшие школьники приезжают из регионов, в Москве старшеклассников, которые готовы и хотят заниматься этим, не так много, мы их всех знаем по именам. На сборах видно, что московские школьники отличаются от тех ребят, которые приезжают с регионов, по мотивации и дисциплине.

 

– Лично для себя изучаешь более сложных роботов, чем те, что делаете?

 

Конечно. Мне это направление интересно, и для того, чтобы двигаться дальше, мне самому нужно совершенствоваться – ребята растут, и я должен быть на 2 шага впереди. Конечно, всеми новинками и достижениями я интересуюсь.

 

– Сейчас, когда набор практик отработан, какие задачи видишь на ближайшие 5-10 лет?

 

Всё динамично развивается и, честно говоря, загадывать на 10 лет вперёд достаточно сложно. Однозначно, моя тематика – образовательная. Пока есть ребята, которым нравится робототехника, у которых горят глаза, которые хотят посвящать этому больше, чем 1,5 часа за занятие, я буду этим заниматься.

Я ощущаю, что сейчас есть большая потребность делиться опытом с другими учителями. По-прежнему большинство людей области образования не понимает, зачем нужны какие-то инновации и как их можно применить. Я готов доносить до людей, зачем это нужно и как это сделать. Например, недавно мы вернулись с международной образовательной выставки в Казахстане. Образовательная робототехника у них не развита, но они очень хотят развиваться. Мы рассказывали, чего можно добиться при помощи занятий робототехникой в школах.

 

– Возможно, одна из причин того, что многие преподаватели не всегда понимают, зачем нужна робототехника, заключается в том, что от них самих требуется развитие, а они к этому не готовы?

 

В этом нельзя никого винить. Саморазвитие – это действительно сложно. Т.к. ты должен много изучать, тратить много личного времени на самообразование и до всего доходить сам. Конечно, проще преподавать дисциплину, которую ты преподаешь несколько лет, и программа которой не меняется.

К тому же, нет мотивации от руководства учебных заведений. Сейчас в развитие московского образования вкладывают огромные деньги. Но под развитием образования высокие чины понимают огромное количество нового дорогущего оборудования, которое поставляется в школы, и которое, на самом деле, далеко не всегда необходимо. Надеюсь, что со временем эта ситуация изменится.

 

Фото Алексея Кириллова, Татьяны Петуховой 

dsf
Найдите нас Вконтакте
Рекомендуем прочитать
Default AJAX