Умные и дрессированные
Текст: Екатерина Хворова | 2019-05-06 | Фото на заглавной странице: © APOPO | 85
Способностью к обучению в той или иной степени обладает любое живое существо, у которого есть нервная система. Благодаря этому человек нередко использует в своих интересах самых разнообразных животных, ориентируясь на особенности их врождённого поведения, либо формируя новые рефлексы. О некоторых из таких случаев мы сегодня и поговорим.

Известно, что человек давно приручил и одомашнил ряд животных. Лошади помогали древнему человеку передвигаться и возделывать землю, собаки — охранять имущество и охотиться. Домашние животные, многие века живущие бок о бок с человеком, сегодня кажутся нам более «социализированными» и даже гораздо более «умными», чем дикие звери. Но есть немало примеров использования на пользу человеку и диких животных. И это не удивительно, ведь некоторые способности животных совершенно недоступны человеку.

Наиболее яркими и необычными являются примеры использования животных в качестве военного оружия. По всей видимости, первыми такими животными были пчёлы. Ещё во времена пещерных людей в случае, когда врагов нужно было выманить из их укрытия, туда бросался улей. Разгневанные пчёлы набрасывались на обитателей, после чего тем приходилось покинуть пещеру. Существует легенда и о более позднем применении «военных» пчёл. В ней говорится, что в Ассирии разводили дрессированных пчёл, которые реагировали на определённые звуки, посылаемые пчеловодами, и летели в заданном направлении. Использовали пчёл даже во время Первой мировой войны — немцы внедрили своих агентов в ряды французских пасечников и придумали уникальный способ шпионажа, используя пчёл для передачи сообщений. Известно, что первую пчелиную почту организовал французский пчеловод Тайнак для связи со своим другом, тоже пчеловодом. На спинки пчёл они клеили кусочки папиросной бумаги, а перед входом в ульи установили небольшие ящички с маленькими отверстиями. Пчёлы протискивались в них с трудом, поэтому бумага отрывалась и падала в ящик. Об этой почте писали тогда многие газеты, и ею неожиданно заинтересовалась немецкая разведка. Пчёлы известны своей способностью улетать от улья на много километров, но всегда возвращаться назад. Именно этим немцы и решили воспользоваться. Теперь каждый раз, когда ветер дул в сторону Франции, неподалёку от границы немецкие пчеловоды разливали мёд и жарили сахар. И привлечённые этим французские пчёлы летели в Германию. За несколько поколений они «привыкли» это делать, но после всегда возвращались в свои ульи. А когда французы стали перемещать свои войска на границу с Германией, засланные в стан французских пчеловодов немецкие агенты начали обматывать пчелиное брюшко тонкими шелковыми нитками. Красная означала появление пехоты, зеленая — артиллерии, синяя — кавалерии. Немцы по ту сторону границы подсчитывали полученные шелковые нити и, исходя из этого, корректировали свою тактику. С течением времени пчелиная почта совершенствовалась. На крыло насекомого стали наносить едва заметное пятнышко: микроскопическую фотографию короткого сообщения. Это пятнышко увеличивали и читали. Сообщение, посланное по радио, можно было перехватить, голубя легко заметить, но пчела практически неуловима.

Другими грозными животными на полях сражений были слоны. Обучение боевых слонов длилось много лет, в течение которых дрессировщикам удавалось избавлять их от страха перед боем и даже развивать в них умение использовать в бою хобот. Встречаются упоминания, что при помощи хобота обученный слон мог метать тяжёлые копья или вытаскивать из сёдел вражеских всадников. Противостоять слонам не могла ни пехота, ни конница. Наиболее активно слоны использовались во время античных войн, в армиях индийских правителей или, например, в войске Тамерлана. Причём зачастую использование слонов было обусловлено не столько их боевой эффективностью, сколько психологическим эффектом от одного вида этого животного, управляемого человеком, особенно когда оно полностью заковывалось в броню. Число слонов в армии и убранство слона часто служило показателем могущества военачальника. С распространением пороха и появлением лёгкой артиллерии боевые преимущества слонов были практически сведены на нет. Однако на местности со сложным рельефом (например, в Юго-Восточной Азии) слонов продолжали использовать. В армии Сиама им на спину даже стали крепить небольшие пушки, что превращало слонов в некое подобие танков. Использовались слоны и в обеих мировых войнах, правда, уже не как боевые единицы, а как тягловая сила.

© Мотт, Анри-Поль

© Illustrated War News

Боевые слоны: в армии Ганнибала в качестве боевой единицы во время переправы через Родан (слева) и во время Первой мировой войны на базе боеприпасов в Шеффилде, в качестве тягловой силы (справа).

А вот другие хорошо всем известные животные — крысы — во времена крестовых походов использовались в качестве самого настоящего биологического оружия. Крестоносцы сажали их в деревянные ящики и с помощью катапульт забрасывали в осаждённую крепость. При ударе о землю ящики разбивались, и сотни крыс разбегались по щелям, разнося различные инфекции, например, чуму. Население крепости быстро заболевало и умирало, и город захватывался крестоносцами. Очень большую проблему крысы представляли и в осаждённом Ленинграде. Они методично уничтожали запасы провизии, распространяли болезни, прогрызали мебель и даже стены домов. В городе были созданы специальные бригады по уничтожению грызунов. В крыс стреляли, их давили танками, но ничего не помогало. Ситуация осложнялась ещё и тем, что кошек в городе не осталось. Поэтому один из первых составов, приехавших в Ленинград после прорыва блокады, вёз четыре вагона дымчатых кошек — лучших ловцов крыс. Только после этого ситуация с грызунами значительно улучшилась. А не так давно в странах Африки крыс стали использовать вместо собак для поиска мин. Дело в том, что приезжие собаки в условиях здешнего климата быстро заражаются различными болезнями. А у местных гамбийских хомяковых крыс к ним иммунитет, при том, что нюх крысы сравним с собачьим. Кроме того, из-за маленького веса крысы практически не способны подорваться на мине. Сапёры с грызунами на поводке ходят по минному полю. После обнаружения мины грызун подаёт сигнал, и человек её обезвреживает. За успешную работу крыса получает награду — её кормят. Обучением гамбийских крыс занимается бельгийская неправительственная организация APOPO. На обучение каждой крысы, которое продолжается порядка 7 месяцев, тратится в среднем 7770 долларов (втрое меньше, чем на собаку). После завершения курса крыс отправляют в различные страны, где присутствуют минные поля. Например, в Мозамбике крысы-сапёры используются с 2003 года, где с начала проведения операции 30 крыс обнаружили уже более 1500 мин и «вернули» населению этой страны 250 гектар территории. Неофициально подготовленных таким образом крыс называют «Hero Rat» — «крыса-герой».


© APOPO

Дрессировка гамбийской хомяковой крысы с целью её обучения поиску мин в странах Африки.

Одними из самых умных и поддающихся дрессировке животных являются дельфины. Именно поэтому с 1960‑х годов в США и СССР начали работать специальные военные центры подготовки дельфинов. Их обучали всевозможным полезным навыкам: обнаружению затонувших торпед и мин, борьбе с диверсантами и подводными лодками, охране военных объектов и патрулированию территорий. Для дельфинов даже было разработано несколько специальных видов оружия. Например, торпеда с выемкой для рыла дельфина, чтобы он смог толкать её перед собой и натыкаться на вражеские корабли и подводные лодки. Некоторые из торпед оснащались «липучками», чтобы дельфин успел прикрепить оружие к дну судна и уплыть назад, другие — предназначались для дельфинов-камикадзе и взрывались сразу при соприкосновении с кораблём. Ещё одно изобретение было основано на способности дельфинов спасать своих сородичей и людей: когда дельфин ранен, другой дельфин выталкивает его на поверхность, чтобы тот не захлебнулся. Военных дельфинов научили распознавать вражеских водолазов и выталкивать их на поверхность носом — при этом из прикреплённого к рылу дельфина шприца «спасаемый» получал смертельную инъекцию. Говорят, что были дельфины, которые после нескольких подобных случаев начинали понимать, что после их вмешательства «утопающий» больше не двигается и не дышит, расстраивались и отказывались от поисков других водолазов. Центры по подготовке дельфинов существуют до сих пор, этих животных с успехом используют для поиска затонувших мин, а также для охраны стратегических бухт и гаваней. Для подобных же целей иногда дрессируют и других животных. Так, в спецподразделении «Морские котики» штата Вашингтон на службе находится 28 морских котиков и один морской лев.


© U.S. Navy / Brien Aho

Боевой дельфин программы U.S. Navy Marine Mammal Program по кличке KDog выполняет разминирование в Персидском заливе во время войны в Ираке.

Помимо военных действий животных очень часто задействуют в ещё одном похожем деле — охоте. Но если о соколиной охоте или охоте с собаками слышали, наверное, все, то есть и куда более экзотические её виды. Например, рыбалка с бакланами. Это занятие насчитывает уже не одну тысячу лет и распространено, главным образом, в Азии. Суть метода очень проста: баклана — великолепного, надо сказать, рыбака — приучают ловить рыбу не для себя, а для приручившего его человека. Вопреки сложившемуся стереотипу, баклан — птица умная, и её обучение занимает не больше полумесяца. За это время баклан привыкает к своему хозяину и начинает узнавать его среди сотен других людей. Но убедить птицу сразу же не съесть выловленную ею рыбу человек не может, поэтому на шею баклана одевают тонкое кольцо. Пить и дышать кольцо не мешает, а вот проглотить крупную добычу уже не получится. Во время рыбалки баклана выпускают из лодки на воду, и тот ныряет за рыбой. Если добыча невелика, баклан глотает её, но когда попадается что-то приличное — рыбак подзывает птицу и забирает рыбину, давая взамен хищной птице мелкую рыбку, чтобы поощрить её. Интересно, что через некоторое время баклан перестаёт пытаться заглотить крупную рыбу и сразу же приносит её человеку.

Существует и довольно любопытный метод морской охоты — с помощью рыбы-прилипалы, правда, в данном случае ни о какой дрессировке речи не идёт — человек просто использует особенности природного поведения этих животных в своих целях. У рыбы-прилипалы в ходе эволюции передний спинной плавник превратился в присоску, с помощью которой она очень прочно прицепляется к крупным рыбам (акулам, тунцам) или, например, морским черепахам и путешествует вместе с ними. Перед рыбалкой к хвосту прилипалы привязывают прочную верёвку и, заметив объект для охоты, отпускают рыбу в море. Если всё пройдёт как задумывалось, то обратно прилипалу затаскивают уже вместе с уловом. Ловля с помощью рыбы-прилипалы сегодня практикуется в основном в некоторых странах Африки и на островах Океании. К примеру, жители Мозамбика и Мадагаскара таким образом добывают себе считающихся ценным деликатесом морских черепах.


© Francoise Gaujour / flickr

Рыбалка с бакланами

Ну и конечно, нельзя не вспомнить «тихую» охоту. Речь здесь, естественно, пойдёт о сборе трюфелей. Как известно, этот гриб растёт под землёй, что значительно усложняет его поиск. Благо, он обладает характерным запахом, что подтолкнуло грибников задействовать в его поиске свиней и собак, обладающих прекрасным нюхом. Свиней, правда, уже не используют — они слишком прожорливы, быстро устают и сложнее поддаются дрессировке. Чтобы вырастить из щенка охотничью собаку, требуется три года. За это время молодая собака запоминает места, где растёт трюфель, и учится искать новые. Как правило, в период обучения на поиск трюфелей её берут вместе с опытным подготовленным псом. Кстати, стоит обученная на поиск трюфелей собака обычно более 10 тысяч долларов.

Так каким же образом животных заставляют проделывать все эти «трюки»? Комплекс обучающих действий над животными, предпринимаемых с целью выработать и закрепить у него определённые нужные человеку навыки, называется дрессировкой (от франц. dresser — выправлять, обучать). В её основе лежит формирование условных рефлексов — помните собаку Павлова? Для этого обычно используют условные раздражители (звуковая команда, жест, показ корма) в сочетании с безусловными (например, механические раздражители), которые и вызывают проявление у животных нужной реакции (двигательной, звуковой и других). В зависимости от типа высшей нервной деятельности, индивидуальных особенностей животного и вида раздражителей различают три основных метода дрессировки.

Болевой метод основан на болевых воздействиях, заставляющих животное выполнять требование дрессировщика. Применяют его, например, в цирке при дрессировке крупных животных и хищников. Например, чтобы приучить тигрёнка сидеть на тумбе, его заманивают туда кормом, а когда он сходит с неё — бьют его палками, заставляя вернуться на место. Для дрессировки собак иногда применяют ошейники-электрошокеры, например, для приучения собаки не подбирать разбросанный корм. Как только собака тянется к корму без команды, дрессировщик нажимает на кнопку, и собака получает разряд. Болевой метод позволяет достаточно быстро (на 3-4-ый раз) добиться от животного выполнения команды или сигнала, но по понятным причинам подвергается жёсткой критике со стороны зоозащитников, да и обычных людей тоже.

При механическом методе используют раздражители, не вызывающие болевых ощущений. Этот метод обычно применяют в обращении с сельскохозяйственными животными. У собак это выглядит примерно так: для обучения собаки сидеть рядом с ногой хозяина вначале даётся команда, после чего дрессировщик тянет за поводок и нажимает на спину собаки, усаживая её в нужном положении. И так много-много раз, пока собака не поймёт, как нужно действовать самостоятельно.

Подражательный метод заключается в подражании молодого животного другому, более опытному животному. Так обучают, например, пастушьих и охотничьих собак. Замечено, что если молодые животные видят, как опытные собаки выполняют команды дрессировщика, то обучаются они гораздо быстрее.

Наконец, при поощрительном методе дрессировки необходимые навыки, чаще всего — природные рефлексы, закрепляют поощрением, например, дачей корма. Многие животные готовы выполнить необходимое задание и просто за то, чтобы хозяин их погладил.


© Robert Vayssié / wikipedia

Трюфельная свинья в процессе поиска ценных грибов.

Чем сильнее в интеллектуальном плане развит объект дрессировки, тем быстрее он воспринимает и выполняет задания, тем быстрее происходит закрепление необходимого рефлекса. Последние наблюдения за животными показывают, что интеллект многих из них весьма высок — выше, чем считалось ранее. К примеру, многие животные способны пользоваться простейшими вспомогательными инструментами для добывания пищи. В одном из австралийских НИИ камера наблюдения зафиксировала, как дикие собаки динго целенаправленно пододвинули стол, находящийся в вольере, для того, чтобы встать на него и добраться до приманки. Такие способности проявляют и домашние собаки. Недавно были получены данные и по слонам, которые тоже оказались способны передвигать различные предметы, чтобы достать корм. Известен случай, когда птицы набрасывали множество камешков, чтобы напиться из ёмкости с небольшим уровнем воды. А городские вороны специально бросают орехи на шоссе, чтобы полакомиться ядрышками после того, как проезжающие автомобили раздавят скорлупу. И это при том, что мозг птиц очень отличается по форме и по внутренней структуре от мозга млекопитающих. Вообще надо сказать, что среди птиц замечено достаточно большое количество случаев спонтанного использования орудий и даже их изготовления. Так, новокаледонская ворона использует четыре вида орудий собственного изготовления (в том числе своеобразные крючки из сломанных ими же веточек) для того, чтобы достать из-под коры насекомых. В 2002 году видеорегистратор зафиксировал, как ничему специально не обученные новокаледонские вороны в неволе сами сооружали крючок из прямого куска проволоки и с его помощью доставали труднодоступную приманку. То есть ворона понимает, каким должен быть крючок, и способна его сделать из подручных материалов. Аналогичный опыт впоследствии проводили на грачах — и они также сделали приспособление для добычи пищи, хотя и совсем иным способом. Но самые талантливые из животных — это, конечно, приматы. Многие обезьяны способны разбивать камнями орехи, раковины, птичьи яйца, вытирать листьями грязные фрукты, пользоваться жёваными листьями как губками для того, чтобы достать воду из труднодоступных мест, бросать камни во «врагов» и так далее. Хищные млекопитающие также весьма умны, хотя из-за особенностей строения мозга всё же уступают в интеллекте обезьянам. Удивительно, что в неволе обезьяны быстро осваивают очень разные и сложные виды орудийной деятельности, тогда как в природе этого почти не наблюдается. При этом даже одно и то же животное может то показывать чудеса изобретательности, то проявлять необъяснимую тупость (к примеру, пытаться разбить орех варёной картофелиной).


© Altaihunters / wikipedia

Казахские охотники с орлами.

Для сравнения интеллектов разных животных учёные пытаются сопоставлять объём их кратковременной рабочей памяти. У человека он равен семи, а у наших ближайших родственников — приматов (шимпанзе и бонобо) — не превышает трёх. Это означает, что обезьяны способны оперировать одновременно только двумя-тремя понятиями или пользоваться двумя-тремя орудиями. За всю историю наблюдений даже самые умные и знаменитые обезьяны — шимпанзе Ним Чимпски и бонобо Канзи, освоившие специально разработанную систему знаков-слов, всю жизнь употребляли односложные предложения. Как правило, их предложения состояли из одного слова, например, «дай», гораздо реже — из двух слов, например, «дай банан», и уж совсем редко из трёх. И никогда они не составляли предложения из четырёх и более слов.

В некоторых случаях обучению поддаются и такие животные, которых, на первый взгляд, дрессировать невозможно. Например, насекомые. Так, пчёл можно приучить собирать нектар и пыльцу с цветков медоносных растений определённого вида для улучшения их опыления. Основана такая дрессировка на создании у пчёл условных рефлексов на запах, цвет, форму, местоположение цветков. Пчёл в улье подкармливают сахарным сиропом с ароматом определённого медоноса. Привыкнув к определённому виду, вкусу и запаху, пчёлы в дальнейшем будут искать именно это растение. Такая дрессировка применяется для сбора мёда определённого вида и для опыления, повышения урожайности и улучшения качества семян малопривлекательных для пчёл растений. Разработал этом метод ещё в 1933 году советский учёный А. Ф. Губин.

А Кен Рамирез, автор учебника по обучению животных в неволе, основанному на положительном подкреплении, сумел обучить 10 000 бабочек для шоу, где эти насекомые массово тремя разными группами летали за мишенью от одного места к другому. «Говорим ли мы о бабочке или выпускнике Гарварда, — все мы учимся одинаково. Они участвуют в этом, потому что это забавная игра, в которую их научили играть», — говорит Рамирез.

Один из недавних проектов, в которых Кен Рамирез принял участие, включал в себя обучение стаи диких шимпанзе в Сьерра-Леоне. Целью тренеров было научить всю стаю кричать при виде браконьеров, поднимая тревогу, достаточно громкую, чтобы её могли услышать на станции рейнджеров. Для обучения тренеры разработали систему труб из ПВХ, способную выдавать еду на верхушке дерева. Если шимпанзе кричал при обнаружении незнакомого человека или автомобиля, тренеры нажимали кнопку, и обезьяны получали положительное подкрепление. Животные узнали, что если кричать при появлении незнакомцев, то появляются насекомые и фрукты. Урок, усвоенный благодаря тренерам, стал частью культуры стаи: взрослые приматы обучали новому поведению своих детёнышей. Вскоре кричала уже вся стая, сигнализируя о тревоге. Это позволило добиться сокращения браконьерства на этой территории на 80%.


© Antonio Cruz/Abr - Agência Brasil / wikipedia

Обучение собак-поводырей – один из самых сложных и трудоёмких видов дрессировки. Оно и понятно – такой собаке человек вверяет свою жизнь. В среднем, курс обучения собаки-поводыря длится 6-7 месяцев.

Кстати, в настоящее время животных дрессируют не только для того, чтобы те жили рядом с человеком, но и наоборот — чтобы те могли выжить без него. Как правило, эти техники применяются для реабилитации животных, рождённых в неволе, либо оставшихся сиротами из-за действий браконьеров. Например, в России, на биостанции в Тверской области, к жизни в дикой природе готовят маленьких медвежат, а в США — калифорнийских кондоров. Один из ключевых моментов такой дрессировки — привить животному боязнь человека, чтобы после выпуска на волю они не осмеливались приближаться к людям. Ведь это может оказаться очень опасным, в первую очередь именно для животного.


Подписаться на новыe материалы можно здесь:  Фейсбук   ВКонтакте


закрыть

Подписывайтесь на нас в Facebook и Вконтакте