Возвращение к истокам
Текст: Татьяна Петухова | 2015-10-17 | 2147
Подсчитать точное количество вымерших с момента распада СССР российских деревень невозможно. Но, по данным Росстата, только в период с 2002-го по 2010-ый год с политической карты России их исчезло восемь с половиной тысяч. Системного решения проблемы до сих пор не найдено, но вот отдельные случаи возрождения деревень отыскать можно. Интересный пример того, как умирающую деревню можно сделать точкой притяжения туристов, реализован в Белоруссии, минским предпринимателем Павлом Радюкевичем. Об этом проекте мы пообщались с его сыном, главой крестьянского хозяйства «Белые луга».

– Иван, опиши, в чём суть вашего проекта.

Пять лет назад друзья моего отца рассказали ему о пришедшей в запустение деревне Тиневичи – они заприметили её, когда ездили в тот район на охоту. Деревня находится в очень живописном месте, и отец решил вдохнуть в неё новую жизнь, полностью восстановив и превратив в центр экотуризма «Белые луга». Он выкупил деревенские земли, стоящие на них дома, и в течение четырёх лет мы приводили всё это хозяйство в порядок. В начале 2015 года мы начали принимать первых туристов. Причём помимо белорусов к нам уже приезжали гости из России, Польши, Германии и США.

– То есть проект имеет коммерческо-туристическую направленность?

Прежде всего, мы хотели показать людям свой вариант переосмысления старой деревни и предъявить видение новой жизни в сельской местности. Мой отец сам вырос в деревне, и там до сих пор живёт его мама. Взявшись за Тиневичи, ему хотелось восстановить то хорошее, светлое, что осталось в памяти о его детстве. Вместе с тем было желание преобразить туристический имидж Белоруссии в части агроэкотуризма. Это направление достаточно популярно в стране – у нас имеется большое количество усадеб для отдыха. Но мы постарались повысить планку, сделав упор на качестве предоставляемых услуг и сервиса.


К сожалению, сегодняшние представления обывателей о деревне очень часто связаны только с грязью и разрухой. Но мы показываем, что аутентичный сельский быт может быть вполне комфортным, обладающим неповторимым и притягательным колоритом. Будет здорово, если кто-то из наших гостей проникнется им и впоследствии сам переберётся жить и работать в какую-нибудь деревню.

Что касается коммерческой составляющей, то она в данном случае играет второстепенную роль. Конечно, хочется, чтобы определённые деньги данный проект приносил, но уже изначально, на стадии обсуждения идеи, было понятно, что он, скорее всего, никогда не окупится. Будет неплохо, если деревня сможет хотя бы сама себя содержать – к этому мы и стремимся. Так что с точки зрения бизнеса – это не самое лучшее финансовое вложение. Но наша цель здесь – не получение какой-то сверхприбыли, а популяризация культуры, истории, природы нашей страны.

– В каком состоянии деревня досталась вашей семье, и какие работы по её восстановлению были проделаны?

К нашему приходу деревня уже достаточно давно была покинутой – там не осталось ни одного жителя, территория поросла сорняком и кустарником. Из девятнадцати домов в более или менее пригодном состоянии сохранилось всего 7, остальные представляли из себя руины с прогнившими срубами и провалившимися крышами. Картина была плачевная.

К сегодняшнему дню 7 домов мы полностью восстановили и именно в них сейчас предлагаем пожить нашим гостям. Во всех домах деревянные полы и потолки, печное отопление, проведены водопровод и канализация.

Ещё 7 старых домов мы перевезли из близлежащих деревень, установили их на вновь построенные или восстановленные из старых фундаменты. Чтобы осуществить перевозку, дома разбирали. Печи клали новые, поскольку перевезти их в целости было невозможно. Но всё остальное старались сохранить – полы, потолки, несущие балки, окна с наличниками, различные резные элементы, срезы кровель, крыльца и тому подобное. Сохранились даже деревянные окна, в которых есть подвойны – это такие внутренние окна, которые на лето вынимаются, а на зиму вставляются обратно.

Каждый из домов кому-то раньше принадлежал, и истории о доме и его хозяине мы также сохраняем. Например, есть хата столяра, а есть хата лесника – старожилы из соседних деревень до сих пор помнят, как он гонял их, когда они пытались своровать лес. Несколько домов были рассчитаны на проживание двух семей. У наших предков когда-то было заведено: когда дети вырастали и женились, им нужно было предоставить отдельное жилище, поэтому хату достраивали, делали отдельный вход, и там селили детей.

Несколько домов имеют довоенную постройку. Причём один из них, по всей видимости, строился ещё в тот момент, когда эта часть Белоруссии входила в состав Польши, то есть до 1939 года, – в нём мы нашли соответствующие документы на польском языке.



Также у нас действует одна баня и небольшое кафе, которое мы называем «наша корчма».

В деревне сохранилась мощёная улица, и мы приложили усилия для её восстановления. Небольшие дорожки тоже вымостили кирпичом. Мы воссоздали заборы, разбили несколько огородов – часть из них несут скорее декоративную функцию, а часть – практическую – на них мы выращиваем то, чем кормим гостей. У нас растёт картофель, зелень, капуста, кабачки, помидоры, огурцы. У нас есть собственная пасека, мёдом угощаем за завтраком и ужином, когда предлагаем чай.

Часть деревенской земли отвели под сельхозугодья. Там мы сеем в основном картофель, гречиху и пшеницу. Другую часть территории заняли сенокосными лугами.

В части благоустройства выкопали пруд площадью 1,5 гектара. В этом году запустили в него маленьких карасей. Там же построили причал и закупили прогулочные лодки.

Перед въездом в деревню обустроили небольшую парковку. Но по территории самой деревни разрешаем передвигаться только пешком или на велосипедах.

– Если говорить о процессе реконструкции домов, то насколько он был трудоёмким?

То, что мы делали с домами, можно назвать отчасти реконструкцией, отчасти модернизацией, потому что мы не просто восстанавливали историческую истину, но и объединяли её с элементами современного быта и комфорта. В каждом доме есть водопровод, санузел, душ с горячей водой. С внедрением технических систем возникали некоторые сложности. Приходилось менять конструктивные решения полов, придумывать новые схемы утепления во избежание замерзания воды зимой.


Были вопросы и по восстановлению домов. В половине пришлось заменить нижние венцы брёвен на новые – старые полностью прогнили. Местами подливали фундаменты –раньше их делали просто на камнях и известковом растворе, и поэтому они часто проседали. Где-то меняли часть пола или потолка, часть несущих балок, часть стропильной системы. А вот кровлю повсеместно пришлось менять полностью.

– При восстановлении домов технологии использовали старые?

Да, это было связано с тем, что мы старались восстановить традиционное белорусское жилище, чтобы оно было максимально приближено к исторической действительности. К примеру, внутренние стены домов мы штукатурили смесью глины с песком и отходами льна или жмыха – так же, как делали наши предки. Некоторое время ушло только на то, чтобы подобрать приемлемый состав раствора. Первые варианты были не очень удачны: штукатурка трескалась, поверхностный слой легко царапался и пылился. Поштукатурив, стены белили. А крыши покрывали дранкой – древесными пластинами из осины. Утепляли их глиной с кострой.



– А где вы брали вещи для создания интерьеров?

В первую очередь сохраняли всё то, что было найдено. Несколько раз ездили в экспедиции по деревням и покупали у людей старые предметы быта, отмывали и восстанавливали их. По старым фотографиям реставрировали полки, дыванки – это расписные коврики, куфры – сундуки с росписью. Различные механизмы типа прялок до рабочего состояния восстанавливать не стали – пока нет возможности, да и цель такую мы не преследуем, стараемся сохранить хотя бы в том виде, в каком они попали к нам в руки.

Причём делаем мы практически всё своими силами. Среди наших работников – жители близлежащих деревень. Они росли при живой деревне, и их руки знают, что и как устроено. Традиции, знания и умения в деревнях пока живы, связь поколений ещё прослеживается.

– Скажи, а кто тот человек, который к вам приезжает – каким он вам видится?

Нам удалось найти своего клиента. Это человек любознательный, интересующийся природой и сельской жизнью. Также люди приезжают просто отдохнуть от города. Место у нас глухое – нет ни дорог, ни машин, ни магазинов, ни телевидения, ни Интернета. Поскольку домики у нас небольшие, рассчитанные на семью, к нам не приезжают огромными компаниями для шумного отдыха. Большинство наших гостей – это семьи с детьми, средним возрастом от 25 до 45 лет.

Дети, которые растут в городе, и у которых нет бабушки в деревне, зачастую не имеют никакого представления о том, как растёт хлеб, откуда берутся ягоды, фрукты, овощи, как выглядит курица, индюк или корова. Нередко мы наблюдаем такую картину: отцы рассказывают своим детям о том, что и для чего здесь создано, как оно работает. В своё время они сами жили или хотя бы бывали в деревне в гостях, и теперь у них появилась возможность показать своим детям, как всё было, поделиться знаниями и воспоминаниями. В этой части наш проект, как оказалось, имеет важную образовательную подоплёку. Кроме того, появляется новый предмет общения для детей и их отцов. Причём к деревенскому быту у нас можно прикоснуться и непосредственно: покосить траву, поколоть дрова, испечь хлеб и научиться готовить национальные блюда, покататься на телеге, запряжённой лошадью.


– Оглядываясь назад, какие трудности вспоминаются?

Сверхъестественных проблем, которые мы не смогли бы преодолеть, не возникало. Были сложности с восстановлением прав собственности на участки и дома. Так как деревня была заброшенной, нужно было найти наследников, договориться с ними, чтобы сначала они сами восстановили права собственности, стали законными владельцами и оформили все документы по современным требованиям белорусского законодательства. Только потом можно было выкупать у них эти дома. Это заняло много времени – порядка 3-х лет. Только сейчас мы заканчиваем оформление последних документов.

– Что в планах на будущее?

Работы впереди ещё много. Надо закончить все 15 домов, достроить две бани и большую корчму, которая располагается, как того требуют традиции, в самом центре деревни. Планируем добавить экскурсионную составляющую – недалеко от нашей деревни находятся родные места поэта Адама Мицкевича, который внёс большой вклад в польскую, белорусскую и литовскую литературу. Ещё хотим восстановить ремесленнические мастерские: кузню, гончарную мастерскую, соломоплетение. В ближайшем будущем начнём проводить этнофестивали, эстрада для этого у нас уже сооружена. Хотим сделать ещё и «сельский зоопарк», где будут и овечки, и свинки, и лошади, и коровы, и другие животные. Так что на ближайшие годы плотной работой мы себя обеспечили.



Подпишитесь на eRazvitie.org в Фейсбуке и ВКонтакте, чтобы не пропустить новые материалы.